Хорошенько поплакать – полезно ли для здоровья BBC News Русская служба

Хорошенько поплакать – полезно ли для здоровья BBC News Русская служба

Today

Мы привыкли считать, что когда человек поплачет, ему становится легче: наступает нечто вроде катарсиса, слезы очищают душу и облегчают сердце… Но, с другой стороны, плакать на людях — признак слабости, разве нет? Исследователи уверяют, что и то, и другое неверно. Подробнее рассказывает доктор Кристиан Джаррет — старший редактор журнала Aeon, освещающего проблемы психологического здоровья. Его новая книга (об изменении характера) выйдет в свет в 2020 году.

Когда Тереза Мэй выступала на Даунинг-стрит с заявлением о своей отставке с поста премьер-министра, было заметно: еще чуть-чуть, и она расплачется. И это не преминули отметить журналисты. Фотографии с трудом сдерживающей слезы Мэй попали на первые полосы газет.

Обозреватели не замедлили подчеркнуть: премьер, наконец-то, показала свое человеческое лицо, сбросив маску замкнутости и надменности. Даже многие критики Мэй признались, что в тот момент испытали к ней сочувствие.

Похоже, что пустить слезу перед телекамерами бывает полезно для репутации политика.

Но то, как мы воспринимаем подобные сцены, с сочувствием или циничной усмешкой, зависит от наших собственных представлений о плаче и его последствиях для человека.

Эти представления, подчеркивают психологи из Квинслендского университета (Австралия), в свою очередь влияют на то, насколько вы сами склонны поплакать и как вы после этого себя чувствуете. «То, как часто человек плачет, как себя чувствует после этого, и помогает ли это ему справляться с эмоциональной напряженностью, скорее всего, зависит от его представлений и ожиданий, связанных с плачем, от социального контекста и прошлого опыта», — подчеркивают в отчете о недавнем исследовании Ли Шармэн и ее коллеги.

Чтобы исследовать эту связь, Шармэн с коллегами изобрели первый в истории стандартизированный тест на отношение к плачу.

Сначала они предложили небольшой группе добровольцев подборку открытых вопросов типа «Как вы думаете, какие последствия для вас может иметь плач на людях?».

Затем, основываясь на полученных ответах, они создали 40 возможных утверждений — таких, например, как «плач приносит облегчение» или «плач делает человека уязвимым».

После этого две группы из сотен добровольцев через интернет оценили для себя справедливость этих утверждений по семибалльной шкале.

Исследователи под руководством Шармэн вывели из их ответов три основных типа представлений о плаче:

  • Поплакать наедине с собой полезно. Те, кто попадает в эту категорию, согласны с утверждениями типа «плач помогает мне, когда я чем-то потрясен/а или ошеломлен/а» или «я знаю, что буду чувствовать себя лучше, если поплачу».
  • Плакать наедине с собой бесполезно. «Поплакав, я чувствую себя хуже, когда я один/одна».»Поплакав, я чувствую себя еще хуже».
  • Плакать на публике вредно. «Мне стыдно, когда я плачу при незнакомых людях», «Мне кажется, что меня осуждают, когда я плачу в присутствии коллег по работе».

Это первые результаты систематического исследования представлений людей о пользе или вреде плача и о том, как на них влияют различные факторы — такие как характер или пол. Стоит отметить, что в основном это представления белых людей, живущих на Западе.

В отношении плача в одиночестве участники исследования не имели ни явно отрицательного, ни явно положительного мнения. Но все же они были больше склонны не согласиться с утверждением, что это вредно (средний результат — 2 балла, когда 0 означает полное несогласие, а 7 — полное согласие с вредностью плача).

Обобщая результаты ответов, можно сказать так: участники считали, что плач в одиночестве вряд ли принесет вам вред и даже может быть полезным.

Коллективные представления о пользе или вреде плача часто основываются на рассказах других. Например, американский психолог Рэндолф Корнелиус проанализировал 72 популярных статьи из СМИ на тему плача, опубликованных за более чем 140 лет вплоть до 1985 года, и обнаружил, что в 94% из них слезы описывались как нечто полезное.

Многие известные ученые и врачи провозглашали очистительную пользу плача. Например, Генри Модсли (известный британский психиатр, именем которого названа одна из больниц на юге Лондона) утверждал, что «печали, которым не дают излиться в слезах, могут вскоре заставить плакать внутренние органы».

Однако современные исследователи в основном приходят к противоположному выводу: поплакав, вы часто чувствуете себя еще хуже, и никаким катарсисом и не пахнет. В лучшем случае его эффект очень умеренный.

Интересно и то, что с нами происходит, когда нас заставляет прослезиться грустный фильм. Согласно некоторым экспериментам, это сильно ухудшало настроение добровольцев.

Впрочем, одно из недавних исследований показало: слезы во время печального фильма ухудшают настроение только поначалу, но спустя полтора часа настроение значительно улучшается.

В целом картина, которую нам рисуют результаты последних исследований, такова: слезы вовсе не приводят к катарсису, после них нам чаще всего не становится легче.

А что со слезами на публике? Результаты у Шармэн и здесь были близки к средней отметке — участники колебались и не хотели оценивать плач в окружении других людей слишком однозначно.

Действительно, последствия слез на публике могут быть разными. Например, в одном из исследований 2016 года было обнаружено, что в целом плаксивых сотрудников считали менее компетентными — особенно мужчин (для чистоты эксперимента участникам демонстрировали рисунки, а не реальных людей).

Однако попытка тех же исследователей еще раз воспроизвести результаты во втором эксперименте провалилась.

В другом исследовании была обнаружена важность социального контекста: склонные к слезам оценивались более жестко, если срывались на рабочем месте и если это были мужчины.

Из некоторых исследований можно сделать вывод, что женщины, плачущие на работе, с большой долей вероятности рассматривались как слабохарактерные и склонные к манипулированию.

Из других же — совсем наоборот, именно слезливые мужчины заслуживали негативную репутацию в коллективе.

Важно отметить, что на женщин в тех исследованиях вообще смотрели как на менее компетентных сотрудников, независимо от того, как они себя вели — даже по сравнению с мужчинами, позволяющими себе прослезиться в окружении коллег по работе.

Тем не менее, плач на публике может иметь и свои преимущества. Например, людям инстинктивно хочется эмоционально поддержать плачущего — видя плачущее лицо, мы спешим на помощь. Это подтверждает пример с Терезой Мэй.

Исследование Шармэн показало интересные различия в том, как люди относятся к слезам. Например, те, кто привык доверять своим эмоциям, не стесняться их и полагаться на эмоциональную поддержку других, были более склонны считать, что поплакать полезно — и в одиночестве, и на людях. Ну а те, кто считает, что нет ничего полезного в том, чтобы поплакать, и с эмоциями своими не очень дружат, эти люди плохо их контролируют.

Шармэн и ее коллеги полагают, что есть взаимная связь между тем, как мы относимся к слезам, и тем, как ведем себя в целом. «Вполне возможно, что те, кто считает плач неприемлемым и думает, что общество ожидает от них позитивности в поведении, подавляют собственные эмоции, стесняясь их открытого проявления», — говорит она.

Читайте также:  Приметы про прыщ на носу, переносице что означает, если выскочил у женщины или мужчины

Исследователи разработали новую шкалу, применяя которую, будет легче выяснить, правда ли это. Вполне вероятно, что тут действует динамическая взаимосвязь: скажем, если вы твердо уверены, что плакать на людях стыдно, то если такое случится с вами, ничего хорошего этот опыт вам не принесет.

Если эта гипотеза подтвердится, то она будет вполне в духе современной психологии полагать, что от ваших взглядов на эмоции зависит то, как эти эмоции на вас влияют. Например, люди, видящие пользу в плохом настроении, менее от него страдают, когда с ними это случается.

Конечно, нам следует быть осторожными, когда мы пытаемся понять мысли и состояние другого человека, но, возможно, обычно сдержанные манеры Терезы Мэй объясняются ее собственным негативным отношением к проявлению эмоций на публике.

Возможно, Тереза Мэй поняла по сочувственной реакции на свою эмоциональную прощальную речь, что подобная открытость имеет свои преимущества. Но это было слишком поздно, чтобы спасти ее политическую карьеру.

«Очень может быть, — пишет Шармэн, — что отношение к плачу меняется в течение жизни, поскольку человек испытывает различные социальные и межличностные последствия слез и делает для себя соответствующие выводы».

ЗдоровьеСлезы как терапия: Женщины и мужчины
о проявлении эмоций

«После большой порции выплаканного я чувствую себя очень хорошо»

  • 10 ноября 2016
  • 22658
  • 3

Интервью: Анастасия Травкина

ЭМОЦИИ — ВАЖНАЯ ЧАСТЬ НАШЕЙ ЖИЗНИ, хотя в разное время и в разных культурах их проявление было и остается табу. Недавно мы выяснили, что думают учёные об эволюционном значении слёз и почему психологи сходятся во мнении, что плакать — это нормально. Чтобы подкрепить теорию жизненным опытом, мы поговорили с женщинами и мужчинами разного возраста и занятий о том, какое место слёзы занимают в их жизни и почему к этому проявлению чувств складывается не самое простое отношение.

Александра

27 лет, финансовый аналитик

Я очень часто плакала в детстве, много плачу и сейчас. Самые трудные слёзы — от жалости к себе. Чаще всего они случаются дома, в кругу семьи, и в этих условиях мне сложнее всего успокоиться. Когда я чувствую, что кто-то переживает за меня и начинает жалеть, — всё, меня не остановить. Даже если забьёшься в угол, чтобы успокоиться, тебя продолжают активно жалеть. Недавно я подумала: если мне так тяжело сопротивляться, то, может, нужно поступать наоборот: кинуться маме в объятия и отдаться слезам? Мама недоумевала, когда я подошла к ней, обжёгшись супом, и театрально зарыдала. Как ни странно, это помогло успокоиться.

Другое дело — на работе. На прежнем рабочем месте я была младшим сотрудником, все меня любили (и жалели), так что я продолжала плакать. Когда я сменила работу, то поняла, что тут ещё никто не знает, какая я плакса, и у меня есть шанс исправиться. Сейчас, когда я начинаю жалеть себя, стараюсь перестать думать о том, что меня задело. «Быстрые» слёзы я люблю больше всего: немного дал слабины — и хватит. Так происходит, когда я вспоминаю что-то, что уже пережила, с чем справилась, но себя всё ещё немного жаль. В таких случаях достаточно просто переключиться на другую тему. Как бы то ни было, окружающие замечают, когда у тебя глаза на мокром месте. Тут для меня главное — не давать никому шансов меня пожалеть. «Проехали!» — и всё.

Есть слёзы, за которые людям не стыдно: например, если кино грустное, когда кто-то умер или, наоборот, если повод счастливый (когда кто-то женится). Такие слёзы для меня большая редкость, даже немного обидно: когда плакать, казалось бы уместно, ты не можешь. Как будто все слёзы потратила на ерунду, а теперь жди, пока накопятся. После большой порции выплаканного я чувствую себя очень хорошо. Кто-то кричит во время стресса, я — плачу. Нервная система расслабляется, как будто перезагружается, и я ощущаю прилив сил.

Сергей

29 лет, художник

В детстве, когда я больно ударялся головой об стол, дедушка, чтобы успокоить меня, спрашивал: стол хоть целый остался? Это почти всегда работало, да и ребёнком я был не особо плаксивым. Годам к 14 я вообще перестал плакать. От всего того, что в детстве вызывало слёзы, — досада, боль, переизбыток эмоций — я стал скорее злиться и негодовать. Даже в самых сложных с психологической точки зрения ситуациях (например, когда умирали близкие) я не плакал — меня просто всё время клонило в сон.

Лет в 20 я стал проявлять необыкновенную чувствительность во время прослушивания музыки: к глазам стали подступать слёзы, в горле появлялся ком, но при этом на душе было отнюдь не скорбно. Такие слёзы от музыки — следующая ступень после мурашек по коже, но с ярко выраженной меланхолической окраской. Можно пустить скупую слезу под грустный альбом PJ Harvey, а под трогательную арию Марии Каллас вообще дойти до ярко выраженного отёка носа и лица. Правда, дольше пяти-семи минут это никогда не длится. Одна и та же музыка в разное время действует по-разному: я могу радоваться от песни, над которой на прошлой неделе слегка всплакнул. Всё зависит от жизненной ситуации и внутреннего накала. Можно выделить и хмельные слезы: алкоголь способствует раскрепощению (часто не совсем здоровому), и в приступе жалости к себе и своим «нечеловеческим» обстоятельствам к горлу тоже может подступать ком.

Поплакать иногда целебно, хотя меня учили, что позволять себе подобные проявления эмоций в общении с другими людьми — не мужское дело. А вот долго плакать над горем или трагедией, как мне кажется, опасно. Пока ты плачешь, ты сильно уязвим, а надо бы собраться — и поскорее уносить ноги из мрачных жизненных обстоятельств или, по крайней мере, менять своё отношение к неизбежному. Сейчас физическое удовольствие, похожее на удовлетворение от слёз, я извлекаю из смеха. Если увидеть повод смеяться там, где раньше грузился, возможно, со временем реакция на стресс смягчится.

Ирина

43 года, педиатр, детский реаниматолог

Последний раз я расплакалась, когда читала статью о девочках, которые жестоко убили животных. Мне стало страшно, что дети растут садистами. Передачи о детских домах и сиротах, о несправедливо обиженных людях или животных часто вызывают у меня слёзы. Но вообще я довольно редко плачу. Сейчас работаю педиатром, но до этого 20 лет отработала в детской реанимации и за это время увидела немало человеческого горя. Что-то из историй пациентов сильно задевало меня, что-то проходило почти незаметно. Но в любом случае я всегда старалась не погружаться глубоко в чужое горе: это помешало бы моей работе. Голова реаниматолога должна работать трезво, соображать чётко и принимать решения быстро, а жалость и эмоции в этом очень сильно мешают. Пусть и очень тяжёлая, но всё же это работа. При больных врачи вообще не плачут: это не то чтобы какой-то кодекс, а профессиональная особенность. Смерть в реанимации возможна и обычна, поэтому здесь к ней всегда готовы. А если поддаться чувствам и рыдать после каждой смерти, то можно попасть в психиатрическую больницу.

Читайте также:  Меню ребенка в 1 5 года Меню ребенка в 1,5 года

В личной жизни к своим слёзам я отношусь с пониманием: я не робот, у меня есть эмоции, и, если я их переживаю, значит, я живу. Тем не менее плакать стараюсь в одиночестве. Я не считаю, что слёзы — это слабость, которую нельзя показывать, но это эмоция, а зачем посторонним людям знать о моих чувствах? Это моя личная позиция. Мне некомфортно, когда меня жалеют, я могу позволить это только своему мужчине, и то стараюсь не злоупотреблять его чувствами. Конечно, мне случается поплакать на плече подруги, но для меня это крайний случай. Когда приходится расчувствоваться на людях, кажется, что я стала для них более понятной и близкой, но не со всеми я готова сближаться. Слёзы бывают очень разные — искренние и неискренние. Если рядом со мной кто-то плачет, я, безусловно, проявлю участие и предложу свою помощь, но, если я почувствую лицемерие и театральщину, желание получить выгоду или жалость, останусь равнодушной и просто отойду.

Дмитрий

37 лет, психотерапевт

Я свободно плачу, если для этого есть поводы. К счастью, в виде «не выдержал, сорвался и заплакал» их почти нет. Есть два способа плакать, которые я регулярно использую. Во-первых, очень приятно поплакать после хорошего фильма. В последний раз такое было от картины «Человек — швейцарский нож», до этого — от «Хорошо быть тихоней». В целом таких фильмов не очень много, но, например, мультфильмы Pixar иногда как будто специально выжимают слезу. Вместо «выжимают слезу» можно сказать более пафосно: вызывают катарсис. То есть если произведение искусства стремится вызвать у меня переживания, я не особо сопротивляюсь. Второй способ поплакать достаточно необычен. В конце особо тяжёлого дня я сажусь медитировать и стараюсь расслабить мышцы лица. Если это получается, у меня начинают течь слезы. Продолжается это несколько минут, после чего можно медитировать уже обычным способом. Не знаю, откуда взялось это умение, оно у меня относительно новое. Очень хорошо снимает напряжение.

Я предпочитаю переживать глубокие чувства без свидетелей. Вполне могу представить себя выходящим из кинотеатра в слезах, но, например, смерть любимой кошки буду переживать в одиночестве. Это касается любых эмоций, не только слёз. В моей работе не надо сдерживать чувств, но обниматься и плакать с каждым клиентом — не лучшая идея. Одна из задач терапевта — выдерживать любые эмоциональные проявления клиентов, в том числе и слезы. Если терапевт заплачет в ответ, его можно заподозрить в том, что он слишком вовлекается в ситуацию и тоже не справляется с нахлынувшими эмоциями. Терапевт всем видом должен говорить: «Ну да, ужас. Но не ужас-ужас». Наверное, поэтому я стараюсь не плакать на людях: многие тяжело переносят сильные негативные эмоции, пытаются быстро всё исправить или прекратить. На собственной терапии я, конечно же, плакал, хотя и предпочитал это делать после сессии. А однажды я залез под стол и проплакал там двое суток с перерывами на еду и сон.

Пелагея

17 лет, студентка факультета зоотехники и биологии

Лет до 12 я рыдала регулярно. Для меня это было своеобразным способом решения проблем. Заплакала — все испугались, почувствовали себя виноватыми и пошли на уступку. Но потом я решила, что мне это совсем не нравится. Я стала говорить себе, что слёзы на самом деле не решают проблем, и перестала постоянно плакать. С трудом могу вспомнить, когда это было в последний раз. Не то чтобы у меня не было повода всплакнуть — наверное, повод можно найти всегда. Просто мне кажется, что плакать при ком-то некрасиво, а иногда даже показушно.

Когда я училась в школе, у меня была одноклассница, которая закатывала истерики со слезами, соплями и прочими прелестями чуть ли не каждый день, и это всегда меня бесило. Она могла заплакать от не особенно значительной двойки и успокоиться уже через пару минут. Из-за этого я всегда считала её страшно неискренней. Вообще, для меня слезы — это нечто очень личное: если уж ты при ком-то плачешь, то это значит, что либо ты очень доверяешь этому человеку, либо у тебя неожиданно случилось что-то действительно серьёзное.

С нами каждый день происходит много всего, и иногда бывает так, что ты очень расстраиваешься, не успеваешь обдумать ситуацию — и вдруг чувствуешь, как к горлу подступает огромный комок, а глаза оказываются на мокром месте. Чтобы не плакать на людях, в таких ситуациях я стараюсь максимально разозлиться. Неважно, на кого или на что: на себя, окружающих или просто на сложившуюся ситуацию. Если получается, то желание плакать тут же уходит. Но всё-таки иногда плакать необходимо. Это помогает выбросить накопившийся негатив и расслабиться. В таких случаях нужно, чтобы рядом был очень близкий человек, который мог бы выслушать мои жалобы, посмотреть на моё красное лицо, подать салфетку, по голове погладить, в конце концов. После такого мне определённо становится легче и появляются силы, чтобы всё-таки встать и пойти решать свои проблемы.

74 года, драматический актёр, чтец

В детстве — наверное, как все — я плакал достаточно часто, и чаще всего от несправедливости (возможно, мнимой). «Ну, распустил нюни. » — такое непонимание повергало меня в ужас и отчаяние. Когда я был подростком, умерла моя любимая бабушка, и я как-то не сразу это понял. А однажды зашёл на кладбище и вспомнил, как она мне рассказывала про загробный мир — и вот тут заплакал, заходясь в плаче всё больше и больше, пока не зарыдал с причитаниями, прося у неё прощенья. При этом помню, что вместе с облегчением я ощущал какую-то неловкость, почти стыд от того, что реву как деревенская бабка. Я даже тайком оглядывался — не видит ли кто.

Позже, взрослым, бывая на похоронах и панихидах, я порой побуждал себя выплакать горе. Слёзы появлялись, но никогда я не доходил до такого скорбного экстаза, как на могиле бабушки. Исключением была смерть моего лучшего друга в январе 2010 года. Я был на гастролях в Южно-Сахалинске, когда узнал о его кончине, и ощутил вдруг такое сиротство, такую свою покинутость, что прорыдал в гостинице всю ночь. Мне даже стучали в дверь — не помочь ли чем. Я благодарил, извинялся, но слёзы продолжали литься.

Читайте также:  Анализ эритроцитов в крови человека

Для драматического актёра слёзы бывают необходимы. Можно ловить глазом свет прожектора, чтобы прослезиться, но идеально, когда ты так включён в судьбу героя, что твои слёзы настоящие. На случай «сухих глаз» есть надёжный способ: перенос на собственную судьбу (потеря близкого или другое горе). Порой я вспоминаю, как меня разлучили с моей деревенской собакой, когда пришла пора уезжать в Москву: её привязали у дома, но она прибежала за мной на вокзал с оборванной верёвкой. Не дав нам проститься, меня сунули в тамбур, а её швырнули в пруд. Я кричал и плакал, называя фашистами весь вагон бесчувственных взрослых. С возрастом я, кажется, становлюсь более чувствительным и излишне слезливым. Случается в моей практике, что события произведения толкают к лишним для артиста слёзам сочувствия. Тут мне всеми силами приходится сдерживаться, памятуя правило: «Должен плакать зритель в зале, а не артист на сцене».

ЗдоровьеЧувства
и предубеждения:
Почему мы плачем
и это нормально

От физиологии до культурных запретов

  • 2 ноября 2016
  • 50706
  • 6

Текст: Анастасия Травкина

В последнее время социальная установка на «позитив» приближается к абсурду, из-за чего мы нередко чувствуем иррациональный стыд за собственную грусть. Такая простая и естественная вещь как слёзы становится преступлением против негласного жизненного кредо. По данным National Geographic, за жизнь человеческий организм вырабатывает не менее 61 литра слёз — трудно поверить, что природа могла снабдить нас таким количеством чего-то бесполезного и «неприличного». Распространённый стереотип о том, что слёзы — это слабость, стигматизирует женщин и бьёт по самооценке мужчин. Директор реабилитационного центра «Сёстры», психолог Ольга Юркова, и психотерапевт Дмитрий Смирнов помогли нам разобраться, зачем нужно плакать и какая сила скрывается за способностью принимать свои эмоции.

Откуда берутся слёзы и какими они бывают

Слеза — это жидкость, которую вырабатывает соответствующая железа, чтобы смачивать и очищать поверхность глаза. Большая её часть — вода, хлориды натрия и калия; остальные ингредиенты варьируются в зависимости от состояния здоровья

и настроения. Фермент лизоцим придаёт слезе бактерицидные свойства, делая её таким же антисептиком, как слюна или грудное молоко. Вызванные болью детские слёзы могут содержать опиаты, имеющие обезболивающий эффект.

Существует три вида слёз. Базальные (то есть базовые, основные) слёзы выделяются постоянно для смачивания глаза. При нехватке слёзной секреции наступает раздражение — синдром «сухого глаза». В аптеке для восполнения влажности можно приобрести натуральную слезу в каплях. Рефлекторные слёзы льются в ответ на раздражители: соринку, луковые испарения, слезоточивый газ. Это способ экстренного очищения глаза от инородных частиц. Эмоциональные слёзы возникают в силу субъективных психологических причин, плакать ими умеет только человек. Такие слёзы значительно отличаются по составу: в них содержится больше белка, гормоны пролактин и кортикотропин. В стрессовых ситуациях в них также могут появляться адреналин или норадреналин.

Теории возникновения плача

Пускать слёзы умеют слоны, тюлени, выдры и, конечно же, крокодилы. Правда, для них это способ избавиться от излишней соли в организме безо всяких сантиментов. Что касается человеческого плача, существует множество теорий его возникновения. По одной из древних (XVI-XVII вв.) считалось, что, когда эмоции разогревают сердце, организм вырабатывает пар, чтобы остудить его. Получалось, что слёзы — что-то вроде конденсата эмоционального пара, который скапливается между глазами и мозгом, когда наш котелок начинает кипеть.

Так считали до тех пор, пока в 1662 году датский анатом Нильс Стенсен не открыл слёзную железу — однако образ прочно закрепился в коллективном сознании и во многом повлиял на представления Фрейда о катарсисе. А в 80-х годах прошлого века исследователь Уильям Фрей обнаружил в эмоциональных слезах белок и предположил, что слёзы выводят токсичные вещества, образующиеся при стрессе. С тех пор не было ни одного исследования, которое подтверждало бы эту идею, и тем не менее она до сих пор кажется многим правдоподобной.

Сегодня учёные не видят прямой зависимости между количеством пролитых слёз и уровнем стресса. Исследование зависимости настроения от слёз, проведённое голландскими учёными, дало не вполне однозначные результаты. Испытуемым показывали грустные фильмы, и те из них, которые не плакали во время просмотра, сообщили о стабильном настроении — как до просмотра, так и спустя 20 и 90 минут после. Те, которые плакали, чувствовали себя намного хуже после просмотра, но зато по прошествии времени сообщали об улучшении настроения. Такая оценка субъективна, потому нельзя сказать, действительно ли эмоциональное состояние улучшилось или дело в банальном контрасте.

Как слёзы регулируют наше поведение

У плача есть черты так называемой смещённой активности — вроде «немотивированного» вылизывания шёрстки у кошек или желания побарабанить пальцами по столу или грызть ногти у людей. Смещённая активность — защитный механизм психики во время неразрешимой стрессовой ситуации. Обычно мы реагируем на опасность желанием нападать, чтобы защититься, или попыткой бежать, но когда это невозможно, остаётся только затаиться: это биологический механизм «пережидания» стресса. Длительное затаивание грозит депрессией, которая опасна для здоровья, так что в напряжённых ситуациях проявляется «защитная» нервная активность. Возможно, плач изначально и был одним из её видов — отвлекал нас, занимая организм важными делами: глубоким дыханием, криками или подвыванием.

Профессор психологии Университета Темпл Джей Эфран выдвинул двухфазную теорию происхождения плача. Согласно ей, плач оказывается реакцией на расслабление после напряжения. Попадая в стрессовую ситуацию, организм активизируется, чтобы предпринять сверхусилия. Спустя какое-то время происходит торможение нервной системы. Если решение найдено и успешно исполнено, организм снова вне опасности и поэтому может отдохнуть и восстановить силы. Если же найти выход невозможно, он решает экономить силы, раз всё бесполезно.

Слёзы приходят именно на стадии торможения, а не в самой острой ситуации, когда все силы тратятся на «выживание». То есть, по словам Эфран, не сами слёзы вызывают расслабление: мы можем поплакать только тогда, когда удалось расслабиться. Во время рыданий мы коротко вдыхаем и долго выдыхаем, что замедляет дыхание и сердцебиение; расслабляются горло, мускулатура и даже кишечник. Однако нельзя вызвать релаксацию, просто пролив слёзы от лука. Так, когда говорят о том, что вредно не плакать и всё держать в себе, имеют в виду не столько отсутствие самих слёз, сколько готовность дать себе передышку.

Ссылка на основную публикацию
Холензим для профилактики 2
7 лучших препаратов для печени Печень человека является самой большой железой в организме, которая выполняет множество жизненно важных функций. Она...
Хирургическая обработка ран
Первичная хирургическая обработка ран (ПХО) (Резидент КазНМУ им. С.Д. Асфендиярова Гасанов А.) Для покупки документа sms доступом необходимо ознакомиться с...
Хирургические швы виды хирургических швов, наложение, обработка — Sibmeda
Хирургическое соединение тканей виды способы ШВЫ ХИРУРГИЧЕСКИЕ , способы соединения краёв [краев] случайных и операц. ран. Различают Ш. х. кровавые...
Холензим; инструкция по применению, описание, вопросы по препарату
Холензим Инструкция по применению Форма выпуска, состав и упаковка Холензим выпускается в таблетированном виде и состоит из: высушенной желчи; сухой...
Adblock detector